“Мы помогаем всем – от нуля до старости”

J-Life продолжает серию интервью с представителями еврейских благотворительных организаций. 

Сегодня наша героиня — исполнительный директор “Семейного центра” в Ростове-на-Дону Регина Равская. Она работает в фонде почти десять лет.

Напомним, что Российский еврейский конгресс собирает средства на проект «Защита прочности» для экстренной закупки лекарств подопечным хеседов по всей России. Присоединяйтесь к помощи по ссылке.

Личный архив


— “Семейный центр” был создан в 2005 году – в следующем году он отмечает «совершеннолетие». Каких результатов за это время удалось добиться? Что еще не сделано?

Да верно, 15 июля.

Самое главное достижение именно на сегодняшний день – это то, что мы все еще работам и работы не стало меньше. Даже наоборот.

А чего ждем… У меня давно была мечта, чтобы у нашего центра было свое помещение, сейчас мы арендуем. Я долго к этому стремилась, искала спонсоров, обращалась в государственные фонды, но понимаю, что на сегодняшний день это невыполнимо. Сейчас мы много тратим на аренду.

Свое помещение помогло бы расширить реализуемые программы как социальные, так и культурные. У города есть большой потенциал, это очень “еврейский” город. Если это не развивать, есть опасность, что останутся только социальные программы – такие как уход на дому, например.

— Когда и как вы пришли в фонд?

В 2013 году директор Центра решил уходить со своего поста и искал замену, мне предложили это место. Тогда центр только переехал в новое здание, шёл ремонт. Я сразу надела спортивные штаны, закатала рукава и пошла убирать.

Что для вас – работа в центре?

Это… это жизнь. Почему – скажу так: я поздний ребенок в семье, родителей уже давно нет в живых и все подопечные центра для меня, можно сказать, как родители. С теми с кем можно поговорить, кто видит в тебе уже взрослого, но ребенка, который опекает. Это огромное счастье, что есть такая работа. Это тепло, которое ты отдаешь и тебе отдают.

Выстраиваете ли вы личные отношения с кем-то из подопечных?

Со всеми. У нас с порога люди пришли и сразу каждого нужно обнять и обласкать. По-другому никак.

"Мы помогаем всем - от нуля до старости"
Личный архив

Была ли за время работы в фонде какая-то история, которая особенно тронула вас? Был ли кто-то, кого вы запомнили на всю жизнь?

Если говорить о грустных историях – таких очень много. У нас здесь много тех, кто пережил Змеевскую Балку, мы сняли уже четыре фильма о переживших этот ужас. Конечно, такие истории запоминаются навсегда.

Если про светлые воспоминания – у меня в центре было две подружки, когда только пришла работать. Одной на тот момент было 90 лет, другой 89. Мы стали дружить благодаря программе центра “Теплый дом”, в рамках которой люди приглашают друг друга в гости, к столу. Было так приятно, что эти девочки 80-90 лет устраивают такие вечера, несут продукты. Такие активные, жизнерадостные, именно как девочки, по-другому их не назовешь – ни бабушками, ни тетями. Девочки. И вот так мы сдружились с Эстер Соломоновной, она правда потом уехала в Москву, и Фаиной Зиновьевной. Ходила к ним в гости, пили чай. Фаина Зиновьевна прожила до 97, и все это время мы были подругами.

Как вы видите развитие Центра в будущем?

Самое главное, чтобы развивались все уже действующие проекты, и в центр стало приходить больше и больше людей, особенно после двух предыдущих лет ковидных ограничений.

За этот период ушло много членов общины, это очень грустно. Когда знаешь всех этих людей, кто приходил на мероприятия, а сейчас их нет.

Основными клиентами Вашего центра являются пожилые люди?

Да, у нас большая часть пожилых людей. Например, подопечные- жертвы Холокоста, это люди после 80 лет – 417 человек. Всего людей пенсионного возраста около 1200 человек. Это большой показатель, мы по Северному Кавказу самый большой хесед.

Но при этом много и молодежи.

Есть программа поддержки беременных – еврейская семейная служба. Мы поддерживаем женщин с самого начала беременности и ведем семью дальше после рождения ребенка. Если требуется, помогаем материально и включаем в общинную программу – выезжаем семьями в лагеря, на шаббатоны.

Если требуется, помогаем семьям с подготовкой ребенка к школе, организуем выездные семинары для семей.

После того как дети подрастают и переходят в подростковый возраст, они начинают участвовать в других проектах. Например, один из новых – лидерская платформа “Active Jewish Teens”и “Active Jewish Teens” Juniour. По воскресеньям подростки занимаются с детьми помладше. Они начинают, что называется, расти в правильном направлении.

Получается, что вы ведете человека от самого рождения?

Да, как я иногда говорю, мы помогаем всем – от нуля до старости. По-другому не скажешь.

Какие программы наиболее востребованы сейчас?

Это однозначно социальная поддержка. Но все больше и больше людей подтягивается и принимают участие в разных активностях. Пишут сообщения, что хотят приходить и помогать.

Есть ли у вас личные источники сил и вдохновения? Какие они?

Мое вдохновение – это люди нашего центра, работа, друзья. Мы вместе проводим много времени, организуем выездные мероприятия, вскладчину проводим шаббаты. У нас на Кавказе (а Ростов – это “ворота” Кавказа) все немного иначе, чем в Москве, например. Между людьми очень теплые отношения.

Регина Равская с дочкой
Личный архив: Регина Равская с дочкой

Вы создаете впечатление энерджайзера – человека, на атомной энергии которого все держится! Скажите, пожалуйста, что вам помогает оставаться всегда в ресурсе?

Мне кажется меня так воспитали родители… От папы досталось такое отношение к жизни – ко всему нужно относится спокойно и стараться допускать в сердце только хорошие и важные эмоции. К негативным вещам относиться спокойно, с холодной головой.

И еще – важно утром встать и улыбнуться. Как-то раз, в 30 лет я проснулась, в тот период были определённые семейные неприятности, взглянула на себя в зеркало и увидела уставшие глаза старухи. Ведь правда глаза – это зеркало души, сразу все отображается. И после этого я сказала себе – я такой себя видеть не хочу.

Пережить можно все. Абсолютно все. Кроме, конечно, смерти. Раз живем – надо жить с вдохновением. Мы должны себя этому учить.

Как вы считаете, что будет с благотворительностью в России в ближайшее время в свете последних событий?

Наверняка, финансово будет сложно. Но я понимаю, что люди готовы отдавать, может не финансово, но помогать. Хотелось бы, конечно, чтобы сохранялись грантодатели, спонсоры находились и т.д. Но благотворительность точно не уйдет. Так или иначе будет существовать вопреки всему.